Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Воскресное, финальное

Закончилась серия публикаций детских жанровых портретов, взятых из разных тем: из весеннего Осташкова, из путешествия по Амуру, и близких к столице выстрелов. Лоскутные воспоминания Петровича сворачиваются до лучших времен, а то можно так доковыряться в памяти до такого, что сам рад не будешь. Ведь если принял однажды решение - не вспоминать всякую типичную для большинства наших людей детскую глупость и гадость, то надо слова придерживаться. А тут ещё встроенные интернетные счетчики фиксируют ослабление интереса читателей, уж очень тема получилась личная.

Заканчиваем публикацию обычной детской черно-белой фотографией двадцатилетней давности, когда мы покупали ч/б пленку КН-3 бобинами по 300 метров, и снимали не жалели кадры, примерно так же, как сейчас не жалея снимают на цифру. Правда, вначале приходилось вручную наматывать пленку в кассеты в абсолютной темноте. Занятие не легкое для зрячих. Съемка была самым простым делом в дороге к шедеврам, - вставляй пленку, наводись и щелкай, пока палец судорогой не сведет.

Потом начиналась лабораторная пахота. В кладовке стояли банки с химическими веществами для пленочных и бумажных проявителей, для слайдовых растворов и прочих. Все старались приобрести реактивы марки ЧДА (чистые для анализа). Всё было, как в настоящей химической лаборатории: банки с дистиллированной водой, мензурки, бутылочки и пакетики, аптечные весы, стеклянные палочки для размешивания и совочки для веществ. Старались составить больше проявителя, и придумывали разные хитрости, чтобы за один раз обрабатывать больше пленок. Для стабильности результата растворы использовались только один раз. Проявка, фиксаж, нескончаемые бачки для пленки, промывка с фильтрами от песка, сушка - чтобы без следов капель, изготовление контактов, контролек - и уже потом большая печати. И при печати тоже работал целый заводик: опять свои качественные растворы, увеличитель с ровным светом и хорошей оптикой, рамки, стекла, реле, цветоанализатор, постоянные полоскания в воде, гянцеватель. Фотобумага хорошая была дифицитом. Среди всей этой технической работы надо было ухитрятся художественно думать при съемке и суметь после,  руками напечатать снимки так, как это сейчас делают в фотошопе. Вот как сложно нам было - даже сокращая рассказ про былое до скороговорки, устал тыкать в клавиши. Короче - съемка в те давние времена была самым приятным и легким этапом на фоне последующих трудов в темных комнатах. Сегодня вся тяжелая лабораторная работа отпала, и осталось только приятное фотографирование в кайф. Поэтому с фотографией и происходит то, что происходит  - китайский синдром дешевых товаров.


©photo by V.Gritsyuk                                                                     Дети - это бывшие мы

Фотографов призывают врать Google Earth
"Санкт-петербургский фотограф Алексей Шадрин опубликовал в Интернете призыв к коллегам дезинформировать систему Google Планета Земля.
В тексте обращения, в частности, говорится, что из-за массовой доступности видеоряда и его точной привязки к географическим координатам в Google Earth туристы уже уничтожили природные шедевры — Ладожские шхеры, Кандалакшский залив, озера Карелии и тундры Баренца, берега Байкала.
«Учитывая и понимая бытовые сложности сегодняшнего дня, тем не менее, призываю вас, дорогие коллеги, хранить в секрете географические координаты и точные названия тех природных объектов, что отражены на ваших снимках и полотнах: раз уж без услуг Panoramio/Google Earth и прочих интернет-ресурсов нам никак не обойтись, то давайте размещать свои пейзажи не в оригинальных, но в топографически сходных областях и поближе к крупным городам, а также сознательно искажать географические названия», — пишет Алексей Шадрин.
По его словам, такая технология» совершенно безопасна, никак не влияет на авторское реноме и опробована автором уже два года назад. К примеру, все снимки, сделанные в горной тундре в период с 2004 по 2007 годы, «посажены» в Google Earth на аналогичный горный массив и вплотную к Кандалакше, но подлинное местонахождение сюжетов тщательно сокрыто"
.
С сайта «Ладожские хроники» http://ladoga-park.ru/a090214041439.html

Инструкция к лодке

Давно что-то в электрическом пространстве не возникал сам автор и главный редактор стенгазеты. Будем прекращать эту несправедливость немедленно. Вот он - я. Личными творческими руками вытаскиваю на камни свою любимую лодочку. После того, как моего безбашенного и тормозного помощника в этой лодке штормом выкинуло на скалы и вдрызг раздолбало киль, пришлось туда подбивать брусок по всей длине и усиливать его сверху металлической полосой. Теперь киль не боится ударов о камни. Но лодка стала неожиданно очень тяжелой. И в ходу потеряла шустрость. А ведь была - "пэла-ласточка". Ну да ладно - идет время жизни, и что-то обязательно случается. Некоторые вообще считают, что время- это череда следующих друг за другом событий. А когда нет их, то и время останавливается. А когда мало - то притормаживает. Мне ближе теория о том, что время - некая материя, которой может быть больше или меньше. Кончилась она в предмете и вот он уже на свалке. В этой версии есть надежда, что когда мы найдем эту материю, её можно будет запасать впрок, как батарейки или носовые платки.

Так вот - приплыл я на остров Каменный под закат и с подветренной стороны вытягиваю тяжелую лодку. Теперь, с железякой понизу - не надо её приподнимать, а тянешь по валуну тупо на себя. Здесь нельзя воспользоваться выкаточным бревнышком, что у меня в в лодке лежит. Им можно только когда ровные как стол луды. Тогда проще и легче - подложил под киль и кати себе. Закон воды такой - лодка всегда должна быть в надежном месте и привязана. Поэтому даже не на долго причалишь, и тащишь её на берег, а потом ещё проверяешь, чтобы снизу не протерло лодочный бок о камешек от покачивания волны. Покачает лодочку мягко полчасика и дырка там протрется, где камешек чуть касался. А как вытянешь - обязательно цепь натянешь и на берегу  закрепишь. Мало ли что случится, ветер сменится, буря налетит, цунами или тайфун. А выплывать ведь надо потом - это острова. Люблю их одиночество, но всегда сохраняю путь к отступлению на материк. Лодка и палатка - спасибо вам огромное, милые мои.


2008©photo by Gritsyuk                                                                                         Петрович тянет лодку на остров

Наступило время признаться, что Петрович не лодочник, а фотограф дикого пейзажа. Там и кофр стоит мой, и с другой стороны штативчик лежит в сером чехле. Сейчас навешаю их на себя и пошел по скалам и валунам прыгать. А ещё у меня с собою два спиннинга. Один с блесной, а другой с поплавком, и банка с червями в кармане. Если зайдет солнышко за тучку, то можно попытаться обмануть рыбу. Или одной снастью надурить, или другой. Ведь всегда найдется хоть одна дура в глубине, кроме самого рыбака. Считаю, что не порядок, если возле воды и кусочек рыбы не попробовать. Возле леса - и ягодку с грибочком не куснуть. Много не надо, а только для атмосферы и погружения. Дым костра, горячий чай со свежими травками, оранжевая луна встающая на кончике мыса... Ветер. Шум в соснах. Крики чаек. Шепоток нежного прибоя. Мне надо очень немного. Неужели когда-то нас не будет на земле, а всё это продолжиться? С годами наше время дорожает.

Мы меньше пылинки

Пришел ко мне приятель и, заметив на стене портрет Тургенева в рамке, висящий чуть наклонно влево (хотя я его недавно поправлял) рассказал удивительное – оказывается, когда картины висят на одном гвозде, они обязательно наклоняются в ту сторону, в которую крутится земля. Я потом долго смотрел на свою картинку и пытался представить, как мы с нашей Москвой вращаемся, крутимся быстренько с прудом и больницей. А когда идем пешком против вращения – то, наверное, тратим больше сил, как против ветра. Закрою глаза, и вижу себя пылинкой на шарике, летящем среди черного пространства, в основном – пустого. Там много вакуума. Вакуум - это когда в школе выкачивали из-под стеклянного колпака воздух, и его потом не оторвать было от подставки. Но нашу тонюсенькую атмосферу не отрывает, её держит притяжение земли – тоже непонятно как и зачем работающее свойство.

А недавно услышал, что - «ученые обнаружили в космосе движущийся огненный шар, в миллиард раз превосходящий массу Солнца. Скорость гигантского объекта 750 км в секунду. Шар состоит из раскаленного газа, и является самым крупным среди обнаруженных до сегодняшнего дня во Вселенной подобных объектов. Он находится в скоплении Abell 3266, содержащем более ста миллионов галактик. Шар постоянно теряет массу: на оставляемый им хвост каждый час уходит масса, приблизительно равная массе Солнца». Сегодня мне приснился этот пугающий огненный шар. Когда почитаешь такое, представишь, и наши земные проблемы кажутся сущей ерундой. Летит огненный шар, а я сижу утром у открытого окна и пью кофе, зная про его полет. Звонит какой-то юный жулик, и пытается обуть меня со слайдами, предлагая по 200 рублей за картинку. Надеясь, что Петрович на все готовый невостребованный пленочный мамонт… Ну как с ним разговаривать? Согласитесь, что-то есть в этой ситуации нечто абсурдное, от чего у меня сносит крышу.

 
2008(с) photo by V.Gritsyuk                                                    Пейзаж одновременно здесь - и несется в космосе

Вот что с простым человеком делает наука связанная с космосом, со своими невменяемыми, невместимыми масштабами и цифрами. Меня уже начинают подкидывать от слов - миллион и миллиард. Не рублей, а световых лет и звезд – конечно. Про планеты вообще речь не идет – невозможно никому эту ерунду посчитать. Например, прислушайтесь к словам – сто миллионов галактик! Я прочел и кофием поперхнулся. Непонятно, зачем мы это знаем, и что нам делать с этими знаниями. Сидим в воскресной тишине, глупые и ничтожные, и очень обижаемся на природу за наше бессилие. А потом душим друг друга, кусаем и рвем, как микробы в лужице агар-агара в чашке Петри. Грустно и смешно.

В конце хочу предупредить - не слушайте меня внимательно, а то будет трудно жить. Мне вот – совсем не легко. И пожаловаться некому – кругом такие же, как я.

Рыбья память

Устал философствовать оттого, что - лето, жара, а у меня как раз ручная работа за столом. Да такая, что спина скрипит, и глаза слезятся. К вечеру уже цвета в мониторе не различаю. Приходится сначала автолевел делать, чтобы посмотреть, куда они уходят. А чтобы голова работала, по совету моего доктора пью сладкий чай, который раньше пил без сахара. Он так прямо и заявил, что хотел меня психиатру показать, а потом понял, что мне сахара в мозге не достает. Глюкозы – по научному. Хотя сахар тоже не очень помогает – смотрю на имя файла, потом открываю диск, и понимаю, что забыл это клятое имя. Кругом меня поэтому бумажки лежат, на которых я записываю разное для памяти. Обычные белые бумажки, и желтенькие с клеем. Но всё равно забываю что и для чего записал.

Большая серьезная работа всегда делается как бы на последнем издыхании, словно с отдачей последних сил. А потом работа вдруг кончается, и ты сидишь во внезапной тишине, тупо глядя в пространство и ничего нет в голове. Даже по краю мозга не скачут неопознанные мыслишки в розовых пижамах. Словно затормозил на бешенной скорости и сразу ветер остановился. Знаю я эти засадные большие работы. Но вот - ломлюсь пока и не вижу финиша. Да ещё открыт в соседнем компе доковский файл, где одновременно начаты сразу четыре статьи. Если стукнет что в черепок, записываю быстро мысли и словесные ходы в надежде потом грамотно их разлопатить. И ведь придется сделать и это. Писание – трудное дело, если искренне и тщательно. Много берет времени. А читается быстро, и стоит не дорого. Поэтому всеми силами стараюсь быть покороче, а это ещё труднее.


2008©photo by V.Gritsyuk                                                                                                     Плотина степного пруда

Наступило время рассказать короткую историю про степной пруд, который называют Масневским, по имени ближайшей к нему деревни. Раньше, до революции младших научных сотрудников в той деревне была совхозная свиноферма, и каждый день невозмутимый мужик приезжал к пруду на телеге полоскать котлы после кормежки поросят. Ну, каша там налипала к ним разная, пшеница пареная, комбикорм, простокваша. Приезжал ежедневно примерно между десятью и одиннадцатью утра, ведь свиньи едят без выходных. И так местная рыба к этому режиму привыкла, что к этому времени уже кучковалась у берега, где мытьё происходило. Заскрипят, затарахтят колеса по корявой грунтовке, зазвякают подпрыгивая на ухабах котлы – рыба аж из воды начинает выпрыгивать от нетерпения. Плавники карпов водную гладь режут, а мелочь разная чуть ли не на берег у мелководья выскакивает от нервовности. В этой тусне бывали замечены и гидросоловьи, местные лягушки, привлеченные шумной суетой.

Давно это было. Нет здесь теперь совхоза. Нет поросят, и в деревне народу мало осталось – всё старухи да стариков парочка – отработанный человеческий материал, которым нет перспектив в новом капитализме. Одно им теперь остается – доживать тихо, если получится. Да на детей надеяться, у кого есть. А местная рыба всё ждет, через гены в новые поколения передавая давнюю кормовую привычку. Поэтому - нечего тут на утренней зорьке рыбакам делать, да и вечером кроме пескарей мало кто за наживку подергает. Клев на пруду традиционно разгоняется между десятью и одиннадцатью. А если знать, чем позвякать и где по земле потопать надо, то обловиться можно на одного червя. Но не больше часа в день.

Ещё - там клубники много на солнечных местах. Но это не имеет отношения к рыбалке, хотя – действует очень успокаивающе, когда рыба не ловится. 

Мутное

Написал вчера про тишину и про то, что мира словно не существует, а не подумал о том, что и меня не существует для мира в это время. И даже скажу больше - меня не существует для мира большую часть времени, потому что мир - это бетон и стекло, банки и магазины, взятки и откаты, ликующие люди под дождем на площади, подпевающие Макаревичу - такое невероятное бурление и движение. И нет меня в нем. А ещё - кто-то кладет шифер на даче, и кто-то подрабатывает автомобильным извозом, старухи бредут в магазин по снежному полю, но и нас нет друг для друга. Большой мир уточняет свои критерии оценок и они теперь сводятся лишь к деньгам. Но что-то или в генах, или в воспитании, или во влияниях детства, не позволяет откровенно включиться в бурные финансовые процессы. Даже не удается мысль начать строить от денег к идее. Всегда главной становится идея, а про деньги и не думается, и потом смущаешься, мнешся, когда спрашивают - сколько стоит твоя работа. И чувствуешь, что немного перестают тебя уважать за то, что ты сам не ценишь себя в деньгах. И покажется вдруг иногда, что выкинуло тебя на обочину из настоящей жизни. Они ведь сразу чувствуют своих, чувствуют, кто ищет денег, а кому можно и не платить. Хитрые они.

Но нельзя же делать лишь то, что приносит деньги, очень просто всё становится, примитивно - хоть читай после работы философию, хоть классику - но постепенно наступит мир без классиков и философов. Конечно, всё не так просто, и они постоянно ищут внутренних и внешних оправданий, потому что они - это бывшие мы, сделавшие иной выбор. Ищут, и находят. Ведь много вокруг теорий, бери любую и главное - верь. Но истин не может быть несколько, как не может быть пять законов всемирного тяготения. И возможно они придут к настоящей, но по дороге нас сильно помучают.


(c)photo by V.Gritsyuk                                                                                                          Угнетенный лес на болоте

Про "грязную фотографию"

Не стоит меня пытать - я не искуствовед. Теорию и историю всей мировой фотографии знаю в меру свою.
"Грязная фотография" - это  фотография черно-белая. И грязная она не оттого, что с удовольствием смакует 
бомжей, проституток и прочих уродов, как наши передовые парни, которые словно специальный заказ получили - 
уничтожить в российском народе оптимизм. Чтобы всех в мире и внутри страны от России стошнило...  
Пардон, занесло чуток :-)  
Так вот, "грязная фотография" не так явно выстроена и в ней не так конкретно читается мнение автора, как в
фотографиях Брессоно-Щеколдинского стиля.  Кажется даже, что камера случайно щелкнула. 
Не могу найти в архиве тех латиноамериканцев. Сил нет пока колупаться в бумагах. Поэтому -
прикладываю парочку своих фот, близких к стилю "грязной фотографии". Правда - они цветные. 
Но ч\б не снимаю уже лет десять. Это - по просьбе уважаемого господина Дон Переса (бывают же ники крутые!)



Повтор конечно темы Перу, но лишь для иллюстрации, а не для кайфа...

Collapse )