Category: искусство

VG, 01

Авторский почерк

Фотограф – это не только профессиональное владение техникой, чтобы без сюрпризов, а что задумал – то и получилось; это не поэтическо-философские тексты под посредственными снимками; это не пьянящее ощущение власти над снимаемыми объектами, ошибочно принимаемое за творческое вдохновение; это не ещё один способ добиться девичьего расположения. Фотограф, если по серьезному – это исследователь себя и мира с помощью фотокамеры. Почти так же, как и художник, и как скульптор, но у этих крепче и серьезнее, ведь они берут пустой холст и обычными красками создают на нем мир; берут глину или мрамор, и создают предмет, руками ощущая гармонию объемов и плоскостей. Фотограф – это в первую очередь глаза. Он видит, и в этом его призвание. Остальное потом. Но есть одно общее свойство у всех творческих людей – это индивидуальный почерк в его области. В зародыше индивидуальный почерк есть у каждого, кто взял в руки камеру. Но чтобы почерк определился в почерк, нужны годы и усилия. Фотограф видит, снимает, понимает, неустанно учится и мудреет. Если он честен сам с собою, то его почерк стремиться стать слепком с его развившейся личности.


1980-е©photo by V.Gritsyuk                     Дискотека для югославских рабочих. Старый Оскол.

Для умного глаза по снимкам и паре слов понятно, что там за человек сидит внутри фотографа. Конечно, если он не прикидывается другим для зарабатывания денег. Таких немало, и они уверенны, что живут внутри творчества. Они так уговорили себя, потому что заказчик чутко прислушивается к тембру их голоса, и чтобы не спугнуть его, приходится неосознанно практиковать двоемыслие. Приходится с утра до шести верить в собственное творчество, а с шести до утра жить обычную жизнь с пивом и клубом, с телевизором и дачей, с разговорами о приятных пустяках. Но таких можно определить по почерку, поглядев десяток другой снимков. Даже в рекламе можно быть индивидуальным, как Хиро.

Не подумайте, что индивидуальный авторский почерк фотографа – это нечто застывшее, как бетон. Он подвижен и гибок. Он может быть богатым и разнообразным, а может быть и индивидуальными каракулями. Он может меняться и развиваться, совершенствоваться или упрощаться. Поэтому повторить один-два чужих снимка может почти любой, а освоить чужой почерк – это уже будет значительно сложнее. Почерк всегда узнаваем, как узнаваема образованными людьми скульптура Бурделя или Клодта, живопись Куинджи или Тропинина, музыка Баха или Чайковского. Резюмирую, что сложившийся творческий почерк, это совпадение внутреннего и произведенного в реале, это когда чувствуешь, думаешь, говоришь и фотографируешь без напряжения, потому что не нужно лгать.
VG, 01

Ночь вторая

Мы, последние пленочные динозавры с нашими простыми камерами, с нашим специфическим видением и опытом - камнем лежим на пути технического прогресса. Но он спокойно нас переступит миллионами ног простых людей, подсаженных на цифровой наркотик, обычных людей с недорогими мыльницами и мобильными телефонами, с миллионами пикселей в кармане. Да, конечно, уровень фотографии упадет. Но этого никто уже не заметит за повышенной резкостью и высокой проработкой теней, никто не уловит разницы между двумя снимками озера с камнями. Поэтому трагедии не случится: не вскрикнет большая птица, овцы не заблеют тревожно в загоне, не звякнет пожарный рельс у клуба. Никто не выставит герань на окно и статуя командора не явится напомнить и отомстить. Знаменитая фраза - «Я так вижу!» - заменит многим талант и муки творчества. На первое место выйдет высокая технология, потому что быть художником мучительно, ненадежно, невыгодно. Быть художником – не зажигает. Это каждодневное творчество, что бы не делалось. Поэтому сегодня у нас снова будет ночь. Синий вельвет топит взгляд и открывает простор воображению. Здесь нет деталей, это не документ, а вздох. Остальной мир уже внутри меня. Достаточно намека – скажу я наивно. И мне обязательно ответят. Потому что нет двух одинаковых людей с камерой в руках. Более-менее одинаковы только детское счастье и большое горе. Покажется, что нет его в этой ночи. Но это нам так хочется, это нам лишь кажется.


2003©photo by V.Gritsyuk                                                                                                                  Сон воды и дальний мыс

Информация по тишине

Понимаю, что для многих былое постепенно расплывается акварелью, как на листах гениального Андрияки, превращаясь в солнечную, цветастую вибрацию. Оно в памяти уже не жизнь, а волнующееся полотно кинотеатра. Но у нас здесь будет без лирической неконкретности, ведь мы фотографы, а это значит, что можем представить документ если спросят Например: - а что ты делал в такой-то пасмурный день? А вот - снимочек, там во внутренней инфе есть дата. Кстати - в этот пасмурный день, когда нудно и зло дул северо-восток, Петрович уплыл на большой остров и бродил там в лесном затишке с панорамой и прочим в кофре. Конечно, как всегда при нем заявленные ранее два спиннинга (сложенные - лежат за ногами на сумочке). На самом творческом работнике - гартексовские брюки Marmot, которые постоянно сползают с пуза вниз, и уползли бы совсем, но не пускают сапоги. Вот они и гармошатся на ногах. Не очень у них продуманно крепление наверху к телу - две веревочки на бантик. А сами  - скользкие. Особо прошу обратить внимание на пакет, как бы небрежно торчащий из глубокого левого кармана. В этом пакете уже лежат головой вниз два свежепойманные при проходе по берегу хариуса. Потому что - всё равно пасмурно и нет просветов. А это самое время ловить хариуса и снимать в дебрях.


2008©photo by Gritsyuk                                                                                                                          Петрович лесной

Удивительное там бывает состояние организма - ровный комфорт при температуре воздуха +5 градусов. Только пальцы чуть мерзнут на руках. И раздражает давящий на грудь ремень кофра, злят постоянно занятые руки при переходах. Но это не главное. Оно непередаваемо на снимках. Главное - абсолютная и бесповоротная безлюдность и тишина, в смысле - отсутствия технических звуков. Только прожужжит иногда затвор камеры, трепыхнутся рыбы в пакете и свистнет куртка от моего движения. Эти звуки очень громкие среди естественной тишины, и я понимаю, что неправильно - тут шуметь. Но у меня есть оправдание - я фотограф никому не нужного в моей стране дикого пейзажа. Да и в остальных странах тоже не нужного. А тут ещё кризис, потребление приходится урезать, производство сворачивать. Доходы уменьшаются, а все уже привыкли к большим. Систему особую для здоровья создали, как жрать много и вкусно, а потом крутить педали фальшивого велосипеда без колес или бежать на месте по электрической дорожке. В этом конечно нет ничего страшного, ведь даже в клетке последнего хомяка должно быть колесо для бега на месте. Но я так не смогу - пока живой.  И пусть свобода стоит невероятно дорого. Дорого - не в смысле, что за неё надо много платишь, а наоборот - от многого отказаться ради неё. Но это сладкое слово - свобода не сменяю на три мерседеса с тонированными стеклами. Правда - никто и не предлагал такого по серьезному. Но вот - сказал, что не сменяю, - и хорошо стало на душе.

Гляди в глаза и молчи!

Почитал на сайте ПроЛаба о себе и своем творчестве. (http://www.prolab.ru/news/187#nogo) А ниже под фотографиями – как родился, женился и публиковался… Как же я себе надоел! Надо стереть часть биографии и написать её заново! Ну почему я к ней приговорен? Ну почему нельзя засчитать эту биографию – черновиком, и начать сначала чистовик жизни? Народ читает и думает: вот это - вытекает из этого, а это – следствие того. Как же просто всё выходит! Живет такой парень... руками не трогать… лучше не наступать… 


(c)photo by Victor Gritsyuk                                                                                      Художник и модель

К сожалению, не удалось побывать на открытии своей выставки. Поверьте, не специально так вышло. Мне говорили: - "Терпи и склоняйся, потому что выставка, гости и народ, друзья и коллеги, спасибо всем зрителям и спонсорам, а ты должен всем, потому что - творчество и красота… " А я - вот… Простите все. Конечно, я понимаю, что искусство вечно и красота спасет мир. Но жаль, что люди не вечны. 
Расскажите,  кто был там - что же происходило? А то на почте только одно письмо от гениального фотографа, который говорит, что я тоже "гений". Я понимаю - ему не жалко. А что была на самом деле?

Жанровая фотография Middle Life



(c)photo by Victor Gritsyuk                                                                         Дети на старинных валах

ПОЭЗИЯ БУДНЕЙ

Часть вторая

Умное использование опыта
Пора нам перестать завистливо глядеть в сторону живописи и спорить — что же такое фотография, искусство или все-таки нет? На дворе XXI век — надо прекращать разговоры и делать свое дело. Если мы хотим войти в мировую культуру после падения «железного занавеса», то пора осваивать опыт лучших наших и западных мастеров. 

Collapse )

 

Петрович

Катя Филиппова

Перестройка дала сигнал к творчеству совершенно новых модельеров. Мне пришлось плотно поработать с двумя из них, с Леной Худяковой и Катей Филипповой. Обе молодые девушки работали с использованием советских символов. Хотя Лена больше тяготела к конструктивистам, к Дейнеке и его стилю,  это не помешало ей сделать серию моделей из настоящих красных флагов, где украшениями служили браслеты и броши из армейских эмблем. На Западе, в Англии впервые в мире флаг был использован для концертных курток рок-группой "Ху" - (те, которые первыми стали крушить на сцене колонки и усилители своими гитарами). Это было очень скандально, ведь попирались незыблемые имперские символы. Это было естественно в русле молодежной революции 60-х.
В отличии от Худяковой, Филиппова не привязывалась к былым советским художественным направлениям, а отпустила творчество в свободный полет. Конечно, в каждой её модели были намеки и вызовы - без этого тогда никто из творческих ребят не обходился. Она очень плотно использовала армейскую символику: пуговицы, бляхи, кокарды, звезды, саму форменную одежду. Она фантазировала и шутила, и это было очень в струю.  
 

(c)photo by Victor Gritsyuk                                                             Катя Филиппова в своей модели

Катя шила сама и только на себя. Поэтому и снимались модели только на ней. Это было очень удобно, ведь сама художница могла подсказать фотографу смыслы и настроения. Часть коллекции снималась на фоне сталинской архитектуры, а несколько сюжетов на очень узнаваемых московских объектах, так как снимки предназначались западным изданиям, а они хотели привязки к месту. Тогда это было круто, и ставилось на полные полосы и на обложки.

Collapse )