December 23rd, 2008

Петровичу посвящается

В нашем ЖЖ теперь будет неожиданно возникать рекламная пауза. Сегодня она назначается на сегодняшний день. Пробно. Такое было здесь и раньше, но называлось по-другому. Лицо рекламируемого объекта будет теперь крупнее островов на закате, а тексты нальются крепленой пафосностью. Потому что все что-то продают. И мы хотим. Потому что все вокруг любят себя беззаветно, даже когда идиоту очевидно, что – не за что. И мы хотим. И нас тоже не за что, мы не лучше других. Сегодня рекламируется продукт под названием «спасибо Петрович». Продукт это универсальный, потому что он может быть фотографией на память, дареными ботинками, пленочкой от Петровича, пачкой сигарет, и бутербродом с рыбой. Продукт может во многое превращаться. Его разнообразные формы характеризует и объединяет лишь источник возникновения продукта. А источник - он на нижеозвученном снимке зорким глазом впивается в зелень пейзажа, высасывая из леса композиционные построения, которых там нет, и не было. Свободной рукой он держит штатив, чтобы не сперли враги художественного развития пейзажа. А второй - имитирует перемотку пленки для этого снимка.

А началось всё случайно, с каламбура. В один экспедиционный год, регулярно принося пойманную рыбу к костру, я стал необычно отвечать помощнику на вопрос, какую рыбу поймал? Отвечал, что рыба сегодня называется "спасибо Петрович". Собственно - как и вчера. Задорно так отвечал, с мальчишечьим дерзким вызовом. Потому что как-то не так он спрашивал, словно долг требовал вернуть. Напомню, что у него рыба традиционно не ловилась. Гляжу, приутих он, и тогда я стал другие явления и объекты этим названием именовать. Так назывались теперь деликатесы из походного ящика – сервелат брауншвейгский и сыр блё. И тортик вафельный, шоколадный. Так назывался крепкий кофе с шоколадкой, как у меня. Так назывался разожженный костер с кипящим чайником, когда он вылезал утром из палатки. Когда он ронял опрометчиво, что ему тут хорошо, я тут же напоминал, что это его состояние называется - "спасибо Петрович". И билет в купе, а не в платцкарт. И такси с вещами прямо до причала. Так назывались: свежий хлеб, привезенный по звонку моим приятелем на острова; попутный вездеход до таёжной заимки; доставленные лесником в ущелье крученые булочки с маком, которые разбираются на ленты и их можно макать в горячий чай; хорошая погода и красивое место для палатки. И вообще – весь период совместных поездок теперь для него назывался – «спасибо Петрович».

Его приятели воевали со мною. Пытались раздуть революционную ситуацию. Шептали ему, что на дворе демократия и что - «мы не рабы, рабы не мы». Напоминали, что все люди равны. Он кивал, потому что – всё это правда. Про демократию, и про - не рабы. Но когда они пытались живьем нападать на Петровича, он неожиданно вставал на мою сторону. «А если лавина?» - иногда спрашивал я помощника. И он должен был ответить: - «Тебе половина, и мне половина». Вот так из кажущегося унижения рождалась настоящая мужская дружба, когда, кроме изнурительной хозяйственной работы и переноски тяжестей - всё пополам. Лишь табачок врозь. Так съедался пуд сладкой соли под названием - «спасибо Петрович».


2008©photo by V.Gritsyuk                                                                               Фотохудожественный взгляд

Конец рекламного ролика. Режиссер Петрович. Сценарист Петрович. Текст Петровича. На фото – сам Петрович лично. Вот такая песня сама собою получилась. На будущее имеются планы аналогичных рекламных наездов. Планируем тексты не черными буковками тут накидывать, а отливать абзацами из патинированной бронзы и подавать, как натюрморты, чтобы и выглядели монументально, и читались легко. Но пока нету столько металла, чтобы все переполняющие нас слова отлить. Пока собираем провода и контакты от телевизоров. Собираем у касс супермаркетов мелкие монеты. Вам это – мусор и мелочь пузатая, а нам – бронзовый памятник на родине героя.