April 6th, 2008

Верх и низ

Все уже привыкли, что я люблю камни. Не могу сказать, что люблю их больше чего-то другого в пейзаже, или меньше. Всё я люблю отдельно, но и принимаю вместе тоже. Дикая природа, она ведь как человек, не скажешь, что левое ухо мне нравится больше правой руки. Иногда приляжешь и мшинки рассматриваешь. Иногда лушпаечку накипного лишайника наоборот глядя через объектив изучаешь. Трава - опять же удивляет, ландыши и чертополохи. В воде тоже много чего происходит. Ляжешь на пузо, свесишься с камешка и глядишь заворожено в другой мир, который  - часть нашего. А мы - часть его.


1990(c)photo by V.Gritsyuk                                                                                              Отражение облаков с превращением в камень
              
Вспомнилась тут случай, как вышел на берег другой стороны острова. День был светлый, солнечный. Гляжу, далеко на камешках тюлень чернеет, но какой-то странный - без головы. Поглядел в 300 мм, а он там один вылез, лежит вальяжно, а голову в воду опустил, и что-то там рассматривает подолгу. Высунется, оглядится по кругу, как это у тюленей всегда бывает, и снова голову в воду. Тюлени подслеповаты, и при оглядывании реагируют лишь на движение, а если застыл во время - то могут и внимания не обратить. Если ветер конечно не в их сторону. Стал я рывками бежать по камням к тюленю, пока он без головы бывал. Пробегу, остановлюсь. Главное и тут - не шуметь, ведь стук гальки звонко в камне разлетается. И в воде отдается кастаньетами. Минут за десять добежал до него, стал рядом у спины, штатный объектив накрутил, а снимать нечего. Лежит мешок меховой с хвостом странным - две ноги задние сросшиеся. Неуклюжий, увалень. Ладошку когтистую к боку прижимает. Ни тебе тут портрета, ни в полный рост. Снял я эту его милую лапы прижатую, и захотелось вдруг просто его погладить. Потряс бы за лапу, но больно там когти были длинные. Помнил, как кулики-сороки небольшие с рук взлетают по киношному, но кожу сильно сдирают красными ластами своими. Погладил я его нежно по жирному бочку, и он, конечно голову из воды вынул. Лицо у него было невероятно изумленное. Усы затряслись, нос завертелся и даже вроде бы сморгнул он разок от удивления. Как ломанулся парень в воду, хвостом ударил мощно, и весь я сразу мокрый оказался. Но камерку - натурально, прикрыл. Это уж автоматом у нас. 

Отплыл он метров на пять-семь и торчит, разглядывает меня. А я, кофрик подальше поставил и на его место лег, поглядеть, чем же он там увлечен был. Минут пять вглядывался - ну, ничего особенного: вода колышет легкие зеленые волоски - травку подводную, бокоплавы редкие шустрят, какие-то ещё малявки блошиные снуют. Из под камешка бычок золотисто-зеленый нос показал, но тень мою увидел, и смылся. Да, разные у нас интересы с тюленем, и не поговорить. А он поплавал поодаль, и понял, что тема разглядывания пока закрыта. Подышал, и нырнул надолго, а вынырнул уже среди синего простора, метрах с ста. 

А к ночи на этих камнях много тюленей залегло поспать. Они всегда там лежат, если не моторки с вертолетами, если волна с другой стороны, а не с востока. Если погода мягкая, и настроение у них не нервное оттого, что дым моего костра чуют. Нелегко им тут жить, тесновато становится. Не помню, вроде бы уже рассказывал эту малюсенькую историю в ЖЖ. Но нет сил моих листать. Так парня приятно вспомнил сегодня. А может это девушка была - но это неважно. Мне удобнее, чтобы парень. Простите за слабую память. Ведь кроме ЖЖ я ещё что-то пишу, текстов сразу с десяток, голова не держит. Хорошего редактора мне надо с ножницами большими. А фотку с прижатой лапой - точно не показывал. Где-то в архивах лежит, не выбранная, с пленки не отрезанная. 

Камни верхние - это очень давнее фото, до тюленя. Год  примерно указал, но может и раньше снято. У меня со временем жизни нет понимания, то молодым себя ощущаю, а то - среднего возраста, когда обидит кто вредный. Снято фото значит, когда ещё не определился точно с камнями. Притягивались мы неспешно. Ветер тогда стих и пришли хариусы играть под берег, всплескивали. В этом снимке с цветного негатива почувствовалось мне тогда неожиданное сродство неба и земли, что ли. Не знаю, как сказать точно. Какие-то  намеки...  Был он у меня тогда среди шедевров. На фотобумаге американской напечатан и на выставках показан. На фотобумаге он лучше выглядит. Это потом уж я камни стал как себя понимать, когда фотокамеру для выражения правильную нашел.