January 28th, 2008

Про маленьких зеленых попугайчиков

Для кого-то раздолье над синей водой, скалы и сосны – дом родной. Живет он там, дышит, летает. А кому-то в тысячу раз милее городская квартирка с кактусами на подоконнике и теплым радиаторам под узорчатым зимним окном. И ничего нет в этом позорного или неожиданного, ведь жизни каждому отпущено в разную меру, и в разном качестве. Мы были улыбчивыми мальками, почти одинаковыми и только печать от родителей лежала на нас. Это маленькие поворотики и выборы, которые нам предлагала свободная воля так радикально, так неповторимо изменяли наши судьбы. Как говорил мне иногда отец на очередное моё новое отловленное баловство: «Цыган с иголки начинал». Имел он ввиду, что воровать человек начинает с безобидной как бы иголки, а заканчивает конями и детьми. Может там, в этой присказке было разъясняющее продолжение, но не слышал я его никогда от отца. Даст по шее, и скажет про цыгана, или про то, что «все идут не в ногу, а ты один в ногу». Много он полезных присказок знает. Присказка ничему меня не учила, а опасался я широкого офицерского ремня. Но как понял сегодня, можно было бы его и почаще применять, ведь что мне от подзатыльника и присказки, я только в новую сторону гляжу, ведь всё вокруг так увлекательно. А был я в детстве очень шаловлив – мягко говоря. Однако, как со временем заметил отец, никогда не повторял шалость, за которую бывал наказан, всегда новую задумывал, словно неустанно крутило меня что-то изнутри. Вот уж заложил я тогда огнеупорные кирпичики в фундамент своего будущего – никак до сих пор с ними не разберусь. Но речь тут не об этом, а о маленьких зеленых попугайчиках, для которых моя квартира стала родным простором.


(c)photo by V.Gritsyuk                                                                                                                                            Розовая нежность вечера 

Завел я одного попугайчика, хорошего, но молчаливого. Обещали разговорчивого самца, а оказалась на проверку самочка – над клювом не посинело, когда взрослее стала. Но это не важно, ведь очень мы с ней дружили. С плеча моего она не слазила, у дверей в прихожей встречала, на зов отовсюду откликалась. Ела со мною из одной тарелки и спала рядом, когда я дремал на диване. Клетка у неё всегда была открыта, потому что я не терплю никаких решеток, зоопарка и цирка. Она знала, что это не клетка, а её личная квартира в мире моего дома, неприкосновенное пространство, где всегда появляется зерно и вода, и где её никто никогда не тронет. Запретил я лазить руками к ней в клетку. Когда она туда заскакивала, спасаясь от непомерных чувств моих домашних, то никто уже не смел её беспокоить. Ничего она в жизни не знала, кроме поворотов и углов моей квартиры. Это был её мир и простор. Хорошо ещё, что потолки у меня высокие, есть где крылья размять. 

Послушал я сердобольных людишек, нашептавших, что одиноко самочке, что ей бы парня и гнездо. Принес я своей подруге парня диковатого и шустрого, и домик фанерный пристроил в клетке. Изменилась она сразу, стала на меня собакой бросаться, с самцом всё время проводила, чирикали, обнимались на дверях и на шкафу. А потом, естественно, села она на яйца в домике. И появились из этих яиц три маленьких зеленых попугайчика. Забавно было всю эту историю наблюдать, - красные тельца беспомощные, потом – ползанье и первые перелеты. Однако подросшей компании места под потолком хватало. Потом ещё была засидочка на яйцах, да ещё люди добрые подбросили в подарок парочку взрослых птичек. Не буду утомлять, а перейду ближе к финалу – образовалась в моем доме стая в двенадцать птиц. Они проедали дыры в стенах – очень в кальции нуждались, они грызли деревянные предметы – очень нуждались в тренировке клювов. Они гадили повсюду, летая, бегая и сидя на мебели. Никогда не предполагал, что такие маленькие, милые птички так могут всё в квартире загадить. Они были самодостаточны в своей стае, не шли на контакт, моя дружба была им не нужна. Только вода и зерно от меня требовались, а иначе - шум поднимался. Приходили гости, и застывали в шоке когда над их головам с криком проносилась настоящая стая экзотических птиц. 

А был у меня ещё аквариум на рабочем столе. Свет там был мягкий и компрессор, камешки и водоросли – как положено. Жили в нем большая акара (наверное - родственница пирании, потому что ела мясо сырое с пинцета, рвала так, что пинцет иногда в воду падал), рак там голубой в гротах прятался, и ползала по стенкам огромная улитка, зелень со стекол странным ртом скоблила. Очень мне нравилось в аквариум глядеть на их жизнь в совершенно чужой среде. На разные они меня мысли наталкивали, а иногда – просто уставлюсь застывшим взглядом, и ничего не думаю. Сижу, гляжу, а тут и птицы прилетят, сядут везде вокруг, и на голову , и на плечи, начнут свои разговоры. И гадят конечно и на меня, и вокруг.
 
Вот почувствовал я однажды себя чужим на этом празднике жизни. Обидно стало оттого, что вот так невесело проходит в моём доме моя собственная жизнь, сижу я за загаженным столом как бронзовый памятник – весь в птицах, и пытаюсь что-то умное делать под стук аквариумного компрессора. И решил я эту идиллию разрулить немного. Птиц по приятелям сердобольным раздарил, одну подругу свою оставил. Замечу, что сразу дружба наша вернулась. Рыба сама сдохла, раком подавившись. Улитку тоже в хорошие руки пристроил. И вот сел я в тогда возникшей тишине, и понял, что надо ставить умные пределы для доброты к тем, кто смысла и ценности нашей человеческой доброты не понимает. Понял, что есть всегда отцы, и есть дети. Есть руки дающих, и руки берущих. Всегда кто-то будет сверху, а кто-то снизу, потому что «демократия – в аду, а на небе царство». И верхние должны иметь большую мудрость, для нижних никогда непонятную. А если всё время подвигаться с вежливой улыбкой, уступать место с переполняющей сердце добротой ко всему живому, то живое может тебя запросто со света сжить. И не только маленькие зеленые попугайчики, но и животные покрупнее: - коты, собаки, и прочие рыбы и млекопипитающие с 45-м размером ноги или с неполным высшим образованием, или с дерева спустившиеся вчера с гранатой. 

2008(c)VGritsyuk