January 22nd, 2008

Виды изнутри и виды снаружи

После того, как в ЖЖ показал фотографии зимней Швейцарии, мне уже никто не верит, что я люблю снимать российский дикий пейзаж. Ну, как в одной голове может уживаться белое молчание севера и прозрачная бирюза Женевского озера. А вот ведь – уживаются без конфликтов. Студеная вода тут в озере и над берегами полоской высятся заснеженные горы. И сам Монблан с тучкой у вершины выглядывает среди пиков помельче. И это всё - маленькая моя Земля. Маленькая, потому что уже так много поезжено и увидено, на пару жизней могло бы хватить. Наверно – уже перебор для меня одного. Наверное – пора искать место и спокойно его снимать и описывать в текстах. Например – плато Путорана, остров Ратманова или Ладожские шхеры. Но никак не могу остановиться, потому что - жадный от природы. Меня раскусила одна журналистка, именно так и озаглавив в девяностых годах интервью со мною: - «Жадный Грицюк». Звучит это отвратительно из-за сбора в одном месте редких сочетаний букв. Вот был бы «Жадный Иванов», «Жадный Ахмедов», «Жадный Греф» или «Жадный Кац» - не так бы ухо резало. А тут - окончание фамилии очень похоже на плевок сквозь зубы. Понять это читателям можно, но простить очень трудно. Вот так и живу, весь в тревоге и смятении. Жду чего-то, спешу куда-то, хочу чего-то зачем-то. А зачем – не смогу даже себе объяснить. Вернее – не хочу никому объяснять. А если ещё точнее – объяснить можно всё что угодно, а как было на самом деле, никому не расскажешь, потому что есть взгляд снаружи, а есть упрямое смотрение изнутри. Здесь всё так запутанно…


2006©photo by V.Gritsyuk                                                             Моя тропинка над замерзшей рекой внутри зимы

Сижу у окна избушки и слушаю рекламу из радио, ритмичные куски хорошей, явно не нашей музыки, электронные шорохи, энергичный, хорошо поставленный голос – все это вместе настырно пытается затянуть в паутину желаний. Они предлагают всё в мире купить в кредит за небольшие копейки, предлагают объехать землю с помощью добрейших игровых клубов, и ещё - поплясать в ночном клубе, где приезжий диск-жокей изощряется в электронных ремиксах с бесконечно повторяющимися музыкальными фразами. Это вид снаружи. А что же внутри? Здесь всё зависит от того, кто и когда смотрит.
Когда был молодым, трясся в танцах и ничего вокруг не замечал, кроме красивых девушек и парней соперников. Ритм и мигание прожекторов заводило мышцы. И тогда был весь внутри ритмичной горячей ситуации, сосредоточен и полностью уверен, что иначе не бывает и что иначе - неправильно. А когда подрос, начал замечать разное, что говорило и кричало ко мне отовсюду. И удивлялся, как мог до слепоты быть внутри таких несложных прежних ситуаций. И так продолжается всю жизнь: сначала ты внутри, уверенный, что никто тебя не понимает и это – единственное. А потом вдруг оказывался снаружи, и тоже очень удивляешся. Но при этом ты снова внутри, но уже чего-то другого. Неужели наступит такое время, когда человек сможет оказаться снаружи всего-всего? Думаю, что и тогда мы будем внутри чего-то, но чего-то настолько большЕго любого из нас, что это уже можно будет по любым нашим человеческим масштабам назвать – «снаружи». Надо ли к этому спешить или оно придет естественно – не знаю. А вернее – не скажу. Кто захочет знать – сам для себя должен догадаться. Если сможет. Если хватит смелости и воли. Если не боишься, что потом надо будет что-то сделать с пониманием. И вообще – что этого «потом» может никогда не быть, ведь оно связанно с качаниями изнутри - наружу.